Пока ломаются копья по поводу ЭКО и искусственного оплодотворения, в России появляются (хотя и редко) дети, рожденные после смерти отцов.
Первая посмертная программа суррогатного материнства была осуществлена в 2005 году в Екатеринбурге в семье Екатерины Захаровой. Екатерина стала мамой своему внуку, рожденному суррогатной мамой от ее умершего сына. 5 ноября Георгию исполнится пять лет.
А 22 сентября нынешнего года родился сын у студента-медика - Артема Климова. К моменту зачатия ребенка его отца уже три месяца как не было в живых.
В апреле 2007 года 19-летнему Артему был поставлен страшный диагноз - лимфогранулематоз. Перед химиотерапией по настоянию своей матери Натальи Юрьевны он оставил образец спермы для криоконсервации. Курс лечения не помог, и 27 октября 2009 года Артем умер в больнице на руках своей матери.
Рождение внука стало единственной целью для бабушки.
В одной из петербургских клиник репродукции Наталья Юрьевна подобрала донора ооцитов (кстати, донор, как выяснилось впоследствии, была поразительно похожа на девушку, с которой встречался Артем) и нашла сразу двух суррогатных матерей. Первая попытка была неудачной. Материала оставалось мало, поэтому вся надежда была на вторую - последнюю попытку. Спустя две недели Наталья Климова узнала, что станет бабушкой.
Роды случились до срока - у суррогатной мамы начала отслаиваться плацента, но мальчик родился здоровым. Своего внука счастливая бабушка назвала Егором. Весит Егор Артемович 2500 при росте 47 сантиметров.
Подавляющее большинство людей в нашей стране просто не знают о такой возможности. Или уверены, что это очень дорого. Со всеми расходами такая процедура стоит от 500 тысяч до 2 миллионов рублей. Но современные репродуктивные технологии дают возможность получить продолжение своих погибших сыновей. К слову, это обычная практика в израильской армии. Солдаты перед боевыми действиями сдают сперму на криоконсервацию. Если, не дай бог, что-то с ними случится, их жены и невесты или даже матери смогли бы обратиться к услугам клиники репродукции.
Даже если человек при жизни материал не сдал, существует определенное временное "окно", в течение которого процедура может быть проделана. Медики Израиля осуществляют забор генетического материала и у погибших солдат.
Первый случай, когда женщина зачала ребенка уже после смерти своего мужа, был в октябре 2003 года в Екатеринбургском центре семейной медицины. Биологический материал взяли спустя 12 часов после трагической гибели 25-летнего мужчины. Беременность наступила только с третьей попытки. В 2005 году родилась здоровая девочка. Был случай в Чехии, когда 29-летний парашютист разбился, и его генетический материал был законсервирован спустя трое суток после смерти.
Сложнее с законодательством. Существуют минимальные ограничения - воспользоваться услугами суррогатной матери женщина может лишь при наличии определенных медицинских показаний. Правда, правовое регулирование репродуктивных технологий в нашей стране достаточно своеобразно. В законодательстве идет речь только о регистрации детей, которые родились при помощи суррогатного материнства у супружеских пар. Это статьи 51-52 Семейного кодекса. Как поступать тем, кто не состоит, к примеру, в браке, если ребенка хочет одинокий мужчина или женщина, ничего не говорится. Бывает, что клиники репродукции отказывают таким людям в своих услугах. На том, между прочим, основании, что это якобы запрещено. На самом деле нет такого запрета: оговаривается только один из многих частных случаев реализации программы суррогатного материнства. А в других случаях нужно руководствоваться такими понятиями, как «аналогия закона», «аналогия права».
Если реализовывается посмертная программа, то существует два способа зарегистрировать ребенка. Бабушка может быть официально записана в свидетельстве о рождении матерью. Так было в случае с Екатериной Захаровой. Второй вариант - в соответствии со ст. 49 действующего Семейного кодекса устанавливать отцовство покойного отца, а потом бабушка получает ребенка под опеку.
Только в Израиле за последние годы было рождено порядка 10 «посмертных» детей. В Америке статистика отсутствует, но мне известны десятки подобных случаев. В европейских же странах такие программы либо прямо запрещены, либо же находятся вне правового поля.
Источник: Российская Газета